Последнее воспоминание о ней — неприязненная гримаса, которую она сделала, когда я в прихожей ее дома не удовольствовался поцелуем через... →
Франц Кафка. Дневники
Возможное счастье все больше становится невозможным.
Я не думаю, будто есть люди, чье внутреннее состояние подобно моему, тем не менее я могу представить себе таких людей, но чтобы вокруг их головы... →
Пограничную зону между одиночеством и общением я пересекал крайне редко, в ней я обосновался даже более прочно, чем в самом... →
Какой я? Жалкий я. Две дощечки привинчены к моим вискам.
Объят отчаянным холодом, измененное лицо, загадочные люди.
Плакал над отчётом о суде над двадцатитрехлетней Марией Абрахам, задушившей из-за нужды и голода девятимесячную дочь Барбару мужским... →
Страх перед соединением, слиянием. После этого я никогда больше не смогу быть... →
Я много времени должен быть один. Все, что я сделал, только плод одиночества.
Когда я после некоторого перерыва начинаю писать, я словно вытягиваю каждое слово из пустоты. Заполучу одно слово — только одно оно... →
А я лежу здесь на диване, одним пинком вышвырнутый из мира, подстерегаю сон, который не хочет прийти, а если придет, то лишь коснется меня... →